Дотронуться до живого Ленина в Амстердаме...

"The Sopranos"

Собираем чемоданы, отбираем из шкафа шмотки и обувь для ПСД, заливаем их водоотталкивающей пропиткой, потому что там обещают дожди.
ПСД - это Прикиды Софии-Дениса, а там - это в Амстердаме.
По зрелому размышлению, Амстердам - настоящий "Клан Сопрано" европейских городов. Весело, брутально, вроде бы и заезженно. но всё не надоедает. Трамваи, велики, каналы, кофешопы, клубы, подсвеченные красным витрины с девушками - и в общем-то уже неважно, какой там курс евро. Главное - не перемножать, полезно для нервной системы.
К тому же, у нас весьма уважительная причина для девятого (если правильно посчитали) визита в Амстер. В четверг в "Хейнекен Арене" лайв "Massive Attack". Эти - уже "The Sopranos" современной музыки. Шесть лет молчали, потом неожиданно выпустили епишку с четырьмя новыми песнями и двинулись в свой шаманский тур по Европе. На всех концертах -"Sold Out". Мы свои билеты брали еще в ноябре.
Дух захватывает, когда представишь, что там будет...


Ночь, улица, фонарь, аптека

В Амстердам вываливаемся на шардоне урожая 2014, которым запиваем бутеры на рейсе "Эйр Франс". А Амстер - в доску свой - сразу прогоняет тучи с дождем, умывшим мостовые, и достает из загашников солнце. Зимние плюс четыре сразу как-то теплеют и греют душу. Снега тут нет и в помине, из земли кое-где лезут упрямые подснежники, а в лобби отеля стоят богатырские охапки тюльпанов. "И повторится все, как встарь..."

Снова летучие трамваи (для любителей умножения, проездной на три дня стоит 17 евро), запах каннабиса и чуваки в шапках с ушами и надписью "AMSTERDAM". "Смотри, какая борода у чела!", "Ого! Вот это у нее причесон!", "Где же он добыл такую шапулю?" - это уже мы, и, пожалуй, хорошо, что нас тут не понимают. В магазинах предлагают пива, отказываешься, но тебе наливают хотя бы кофе, и ты стоишь перед зеркалом в примерочной с охапкой джинсов и футболок в одной руке, с чашкой кофе в другой и думаешь, что пора бы начать, что ли, только вот как?..



Трудности перевода

Говорим, что приехали на "Massive Attack", но вот как объяснить на пальцах, что такое трип-хоп? Да еще и по-английски? Но София пытается, вступая в беседу с продавцом по имени Уолтер (немного Уолтера Вайта есть в каждом, да?). И, главное, объясняет не про слоу бит и даунтемпо, а в лоб - трип, трэвел, путешествие, ага, вкурил?.. На что похожий и обликом и манерами на молодого Джейми Оливера Уолтер моргает и замечает, что трип - это еще и наркоприход, вкурили, да?.. Как у вас там, кстати, в России с наркотиками?.. В России с наркотиками все хорошо, отвечаем, борются. А, ну тогда сегодня ночью много не потребляйте, подмигивает Уолтер и пробивает чек. Обещать не хотим, но постараемся...



Денах Централ, ветер северный.

Покой нам только снится, и это лишь когда удается немного поспать. С концерта заявились запол ночь, завалились в кровать, чтобы уже через шесть часов быть разбуженными будильником. Молниеносный душ, завтрак по сокращенному режиму - и вот мы уже едем в трамвае на вокзал. Там залезаем в двухэтажную электричку, которая увозит нас в Гаагу. Так и хочется на кого-нибудь пожаловаться в Гаагском трибунале, но мы сюда не за этим.

Едем в музей Мориса Эшера. Это такой голландский график, мастер оптических иллюзий и метаморфоз цветов коммерческого камуфляжа. Ящерицы расползаются по сфере, ангелы становятся чертями, рыбы - птицами, вода льется снизу вверх и все в таком духе... Очень эффектно.

А сама Гаага (голландцы называют ее Den Haag, произносится как "Денах") - засаженный цветами тихий городок на побережье Северного моря. До моря, увы, не дошли - холодно. И людей на улицах почти нет, безлюдно как в деревне.

Поэтому - на вокзал (Den Haag Central). Оттуда - в Амстердам, на окраинах которого топчется вечер пятницы.

Лиссабон - Амстердам, октябрь 2015

Оранжевый кофе

Всякое-превсякое происходило в нашей жизни, но вот такой, казалось бы, совершенно элементарной вещи еще не было. Кофе в половину третьего ночи. На оранжевой кухне, из чашек со снифом и лисой (а не павлином, слепые вы тетери!). Обжигаясь, потому что торопимся бросить себя в объятия мужественных каталонских пилотов и няшных смуглых стюардесс. "Vueling'ом" из Пулково через Барселону в Лиссабон. Такси где-то на подъезде, пора выходить.

Дама сдавала в багаж...

Приключения должны быть по росту. Ну, у нас с Софией рост не самый маленький, и, видимо, поэтому в Пулково водитель такси минут пять не мог открыть багажник машины, где лежали наши чемоданчики. Пока придумывалась фраза вроде: "Ок, чел, я сдаю твой "логан" в багаж, но платишь за него ты сам", багажник открылся. В качестве "миль пардона" от Вселенной прямо в зале ожидания нашли флакончик кем-то свежекупленных духов. Так и живем...

Португальцы

Мы - португальцы.
Потому что на ужин едим рыбу-меч, пожаренную на гриле, запиваем ее "зеленым" вином, а за едой смотрим "Бенфику". На чай оставляем только мелкие монетки и катаемся по поддельному проездному, купленному у жулика. В горы карабкаемся пешком, потому что все эти фуникулеры - развлечение для туристов. Только португальцы не особо по-английски, а мы так себе - по-португальски. Только "ола!" и "чао!".

 

Мой дом - minha casa

Живем по-хитрому - вроде как и в центре Лисса (так его называл писатель Александр Грин), но в таком райончике, где живут местные, а на улице едва разъезжаются две машины. Наша квартирка (casa по-португальски) - выстроившиеся одна за другой три крохотные комнаты, кухня и ванная-туалет с унитазом, страдающим отрыжкой. Два вечно раскрытых зарешеченных окна. Через такие у соседей слышны бесконечный футбол, трубастая музыка и разговоры, все время срывающиеся в хохот. Есть идея добавить в эту гамму чутка эпатажа. Ждем вечера)))

Понедельник "лайт" 

Первый день трудовой недели - а мы ищем сокровища по линии океанского прибоя, меняемся найденными ракушками с португальскими бабулями и пьем галао (крепчайший эспрессо в высоком стеклянном стакане, залитый немеряным количеством горячего молока). А, ну еще боремся с муравьями, прямо через окно позарившимися с улицы на наши плюшечки.

De Ja Vu

 На третий день возникает стойкое ощущение, что Лиссабон - это Париж, растерявший все свои дурные качества вроде дороговизны и недружелюбной топографии и пропитавшийся беззаботным барселонским духом.

Карабкающиеся в гору узенькие изогнутые улицы Алфамы один в один - Монмартр, только с замком Сан-Жорж вместо базилики Сакре-Кер. Ну, а вместо парижских кабаре и кафешек, где заседал Хемингуэй, тут фаду и памятник Камоэншу - "сражался, страдал, потерял глаз, впоследствии умер нищим". 

No comments

 

 

Гашиш, кокаин, Амстердам

В Лиссабоне шагу нельзя ступить, чтобы не получить предложение от очередного назойливого барыги: "Гашиш? МДМА? Кокаин?" Сам собой на это все придумался ответ: "Thank you, senior. We are from Amsterdam". И теперь это даже не враки, потому что мы и впрямь живем в Амстердаме. Рассказываем продавцам, как было хорошо там, в Лиссабоне. Тут тоже, впрочем, ничего - солнце, каналы, мосты, велики, гашиш. И, наверное, где-то совсем рядом, за углом - МДМА и кокаин.

Ола, Амстердам!

Амстердам, в котором мы уже вроде бы в восьмой раз, если не ошиблись при подсчетах, тоже нас любит, встречает теплой солнечной погодой. Будто красавица в обновках, вертится перед нами: "А как я вам с этой стороны, ребятки? А так?" Вот забрели на доселе невиданную нами страат, идущую параллельно торговой улице. 

Вот новое селфи в сверкающих окнах несущихся мимо трамваев. Кофе в "коричневом кафе", где старички и старушки заседают, кажется, со дня основания в девятнадцатом веке. Кролики, скачущие по траве в Вестерпарке.
 Импровизированный лаунж-бар прямо у моста через канал Сингел - джазовое трио играет за мелочишку, а зрители, жмурясь на солнце, зависают на скамейках с бутербродами (мы - с селедкой и банкой пива, завернутой в карту Амстердама).

А в магазинах, не успев еще перестроиться, здороваемся с продавцами по-португальски: "Ола!"

  

Ночь работе не помеха

Советский ретро-плакат с таким слоганом можно вывесить над входами в Ред Лайт Дистрикт славного города Амстердам. Девочки - строгие, в учительских очках, и раскованные, в юбках школьниц, за подсвеченными красным окнами. Дядечки-клиенты. Официальные штучки-дрючки для садо-мазо по мотивам "50 оттенков серого" и диски с порно-пародией на "Игру престолов" в витринах секс-шопов. Над всем этим - аромат ганжи и разнообразной еды, от тайской до итальянской, для тех, кого пробило на хавчик. Сомнительные бары-отели (это как?) и "Институт канабиса" (а это как?). Экскурсии поджавших губы бабушек - ну вот прямо всё теперь! Чего они, интересно, хотели? Как у Пелевина: "Ощутить биения жизни? Ну, ощути!"

Так и живем

  В 6 утра по Москве проснулись в амстердамском отеле "ВестерКорт", в десять вечера следующего дня уже у своего дома  выгружали тыквы и капусту - привезенный с дачи урожай. В эти сорок часов поместились: перегревшийся от обозначенных на табло красным задержанных рейсов (наш тоже) аэропорт Схипхол , жесткая посадка в штормовом Стокгольме, бег по терминалу на пересадку, жесткая посадка в штормовом Хельсинки, подтопленные мосты через бурлящую Фонтанку в штормовом Петербурге, утренний кофе в "Макдаке"на Черной Речке, опыт первого изготовления тирамису из контрабандного маскарпоне на собственной кухне, жаркая парилка в бане на даче в Попово. 
Ну а то, что поспали из этих сорока часов всего лишь два и пока еще не ложились... "Что вы употребляли в Амстере? Привезите нам тоже в следующий раз", - говорят.
Так и живем. Может, кому-то обои надо поклеить? Или когти коту постричь? Зовите, пока еще не легли.

 

 

Рождественский трип Амстердам - Брюссель . Январь 2015.

Медом там, что ли намазано, в Амстердаме? Потому что были в нем совсем недавно, в ноябре - и вот снова. Ну, может и медом. Или нет. Знаем только, что, как говорили в одном фильме: "Воткнуться и накатить - это сюда". Теперь втыкаем и накатываем.

Добирались непривычно, через Таллин. Эстонская столица вся такая лялечная и няшная. Всюду огоньки на окнах, сугробы, рождественские песенки из колонок в аэропорту (первый аэропорт в нашей практике, до которого дотопали из города пешком) и медленные хлопья совершенно гансхрисиансковского снега с ночного неба.

Неописуемой красоты алый рассвет встречаем в небе над Амстером. Здесь все по-другому, будто и нет никакой зимы. Хоть и прохладно, но солнечно. По сухому асфальту несутся замотанные в шарфы велосипедисты. В деревьях стрекочут озимые попугаи. У дверей домов цветут герани и тюльпаны. Про прошедший Новый год напоминают только выставленные (в смысле - выкинутые) из квартир елки, которыми завален весь город. А, ну еще и скидки в магазинах, доходящие до семидесяти процентов. Это в какой-то степени нивелирует курс евро, так что не можем отказать себе в удовольствии покупки авиаторских джинсов цвета "bare metal" (сами удивляемся) и юбки с пуговицами как у дафлкотов.

Всю вторую половину дня гуляем и накатываем - то в номере отеля, то в классическом голландском bruin cafe "Коричневый конь", попавшемся на каналах. Запиваем кофе, заедаем серьезно проперченной макрелью горячего копчения. В планах на вечер - хэх! - бар в соседнем здании от нашего отеля.

Остановились, как обычно, в отеле "Вебер", поэтому на завтрак теперь хлопья с молоком и кофе-круассаны прямо в номере. После душа не задерживаемся, а почти вприпрыжку бежим на улицу. На выходе из отеля, кстати, стоят "палочки"-ароматизаторы "Rituals". Где там наш, как его назвала София, "список для жадных девочек"?

Солнечный и, без дураков, какой-то весенний Амстер заставляет щуриться и улыбаться. Идем в район Оуд-Вест (Старый Запад), где все другое, чем в засмотренном центре. Вроде бы те же каналы и мосты, но туристов нет, а местные приветствуют улыбками и первое, о чем спрашивают, когда заходишь в их магазинчки: "Не хотите ли кофе?" За одним из заборов на траве пасутся куры. В магазинчике "Riviera Maison" прикупаем новые штучки для грядущей пятикомнатной квартиры, на рынке Альберт Коуп Маркт кушаем бутерброды с селедкой, огурцом и луком, берем полкило вполне такой вкусной черешни (у нас в сезон она даже дороже!), покупаем на лотке у веселого негра на пробу красного сыра "Тоскана" с добавлением томатов и маслин (весьма занятно). Гастрошопинг завершаем в местном супермаркете, где приветом из южной Европы - недорогой портвейн и скидки на испанскую колбасу.

Это мы, кстати, уже в районе Де Пайп (Трубка), и прогулки по нему, по крайней мере - для меня, сродни какой-нибудь экскурсии по Петербургу Достоевского или Стокгольму Стига Ларссона. Потому что (немного скрытой рекламы) существенная часть моей новой книжки "Трудные времена" происходит в Де Пайп. Так что, по сути дела, собираю материал, а не бесцельно болтаюсь по улицам, хе-хе.

Уставшие, выбираемся в центр, где снова туристы, снова скидки и совсем новые предметы городского пейзажа - установленные на каждом перекрестке временные экраны, предупреждающие приезжих об опасности покупки фэйкового кокаина у уличных барыг. Ну, нам это точно не грозит, потому что наличка, которую брали совсем немного, утекает со страшной скоростью. Во вроде бы просвещенной и толерантной Голландии много где не хотят брать кредитку, "онли кэш, плиз". Если так пойдет дальше, придется отправляться на подработку в Красные фонари. Гидом.


Сами амстердамцы (те, что не заняты в сфере обслуживания и не едут куда-то на велосипедах)все как один заняты тем, что сидят в больших полупустых комнатах за компьютерами. Что-то делают. На нас, подглядывающих в окна первых этажей, не обращают внимания. Ну и ладно, нам куда больше нравится общаться с продавцами. Сегодня, например, девушка в "Disel" восторгалась тем, что София сама связала красную кофту с "юнион джэк", надетую на нее, потом интересовалась, а вяжут ли что-то мне, потом ужасалась тому, что голландская зима - это русская весна.

Вечер проходит под девизом "От саксафона до ножа - один шаг". В середине недели в Амстере глухо с ночными развлекушками, поэтому идем в клуб "Sugar factory", где проходит джазовый концерт и идет трансляция этого дела по радио. Не то, чтобы мы с Софией любители джаза, "скорее - мы совсем не гавайцы". Так - "Радио Эрмитаж" и угарный новоорлеанский джаз из сериала "Тремей", поэтому это не совсем наш формат. Но музыканты играют, свечки на столах горят, зрители хлопают, атмосферно. Да еще вход фри, чего жаловаться?



Все утро Амстердам плачет, прощаясь с нами. В самом деле, когда еще к нему в гости приедут такие веселые и хорошие ребята. А вот чего, интересно, если верить foreca, плачет Брюссель? Едем туда, кстати, на остроносом как акула Thalys, у которого конечная - Париж, Гар дю Норд. Монмартр, Эйфелева башня, негры на Сен-Дени и "Же ма пель Татьяна". Честно говоря, есть соблазн притвориться спящими и проехать свою остановку.

Впрочем, "Же ма пель Татьяна" - это и про Брюссель. Потому что совершенно неожиданно для нас тут говорят по-французски. "Бонжур", "гран мерси" и "месье, эдэ муа". В общем, вовсю замерсикали. Но это потом.

А сначала Брюссель встретил нас реальными рыданиями - ливнем и шквалистым ветром. Пока дотелепали до отеля - промокли вдребезги. Заселились, переоделись, " подогрели, обобрали". По поводу "обобрали" - все очень двойственно. Я про ценники. Кебабы, которыми обедаем в двух шагах от отеля - наверное, самые дешевые (и вкусные в Европе). Пиво в барах, пабах и тавернах - от двух с половиной евро за 0,25. Странная такая порция, сразу вспоминаешь Довлатова: "Пить из бутылочек 0,33 - все равно, что соблазнять малолетних". Бельгийцы пытаются компенсировать это своеобразным аттракционом - каждый сорт пива наливается строго в свой бокал оригинальной или как бы оригинальной формы. Но пиво вкусное. Так и порешили - столица мирового зла (ну там, штаб-квартира НАТО), в которой варят вишневое пиво. В общем, как гласят надписи на магнитиках - " Береги воду, пей бельгийское пиво".

          Небольшой вопрос к читательницам блога, к поездке не относящийся. Так что кому неинтересно, могут смело пропустить следующий абзац. "Доктор, вы знаете, один мой друг..." Примерно так, хе-хе. Девушки, один мой приятель, изрядно похудев и обретя фигуру, близкую к спортивной, теперь может носить всякие модные джинсы. Раньше он носил то, что, грубо говоря, налезало на задницу - обыкновенную скучную классику. Теперь у него появился выбор. И вот накупил он себе ворох всяких трендовых штанишек голландских производителей - потертых, рваных и прочих. В том числе - и с низкой посадкой. В смысле - нагибаешься, и задэ торчит наружу. Ну, трусы, по крайней мере, видны. Так вот у друга моего вопрос. Что делать с трусами? Какие носить? У женщин, он знает, для этого дела есть стринги. Есть ли стринги у мужчин, он не уверен, да и не собирается их надевать. Так какие  должны быть трусы? Или так и должно быть, что торчит широкая резинка с надписью бренда? Дорогие читательницы, кто сталкивался с таким вопросом, помогите моему другу. Хе-хе. И вообще, как по вашему - хорошо ли это, что трусы торчат из-под штанов? Потому что вот София говорит, что фу-фу-фу.

Если говорить про сам Брюссель, то одной фразой - занятно, но не более. Старый город - микс Вены и Амстердама - без каналов и легалайза, зато с бельгийскими вафлями и Писающим мальчиком, который то ли тушит пожар, то ли попросту обпился местным пивом. Чуть в сторону - и ощущение, что ты в Париже. Та же архитектура, те же балкончики, те же форсящие франкоговорящие молодцы в расстегнутых пиджаках, но с шарфами. В барах - магазинах персонал тоже ведет себя по-французски, не особо парясь с приветливостью и радушием. По прошлым визитам в Париж мы к этому готовы, не удивляемся и в ответ оставляем их без чаевых и кладем "ля болт" на их крохоборческие надписи вроде "Выключайте воду, пока вы намыливаете руки".

А еще они тут в Брюсселе жгут. В смысле - открытый огонь в камине горит в каждом втором баре. В такие влажные дни это, без сомнения, понужнее фри вай-фай. А еще они тут в Брюсселе любят комиксы, магазины с которыми в столице Бельгии мы видели больше, чем за все предыдущие путешествия по Европе. Но и этого бельгийцам мало. Зачастую стены города украшены не граффити, как у всех нормальных людей, а огромными рисунками, выполненными в стиле комиксов. Французы...

Но все подходит к концу, и вот мы в Таллине. Торчим в аэропорту, дожидаясь утреннего автобуса в Санкт-Петербург. Где-то там  в холодильнике стоит куриный бульончик, и ждут дружки  - подружки. Мы уже соскучились.

В Амстердам на "Kasabian"! Beautifuck!!!

Рецепт, кстати, совершенно незатейливый: британский ублюдочный панк, пульсирующие и упругие как пружины басовые линии и модная танцевальная электроника. Смешиваем все, взбалтываем – и вот уже на их концерты набиваются толпы. Группа называется «Kasabian» и абсолютно оправдывает слова одной из моих спутниц, что вся актуальная музыка делается в Англии. 

В общем, мы в Амстердам, на концерт.

В голове – радостное предвкушение гига (предыдущее выступление «Кэсабов» на местной «Хейнекен Арене» – лучшее шоу в нашей с Софией нелегкой меломанской судьбе))). Плюс чувство дежа вю от того, что после двухлетнего перерыва возвращаемся в Амстердам (в шестой раз, ого!). Ну и еще немного беспокойства, потому что летим тем же составом, что был в июне в Барсе. А где «наш» (или все-таки «мой»?) гарем – там ждут приключения, без которых мы даже за продуктами в «Призму» не ходим.

Помимо концерта в культурной программе кофешопы и Красные фонари. Так что во все тяжкие. Не говорите, что не предупреждали. Секс, наркотики и рок-н-ролл. А еще, мне подсказывают – сапожки, ботиночки и пальтишки в витринах магазинов на Кальверстраат. 

"Я думала, что если "Королевские авиалинии", то нас и покормят славненько, по-королевски, а тут только бутерброд и чай с лимоном, да еще я в него сливки высыпала. Денис, будешь?" "А как по-голландски приветствие? Как-то там почти нецензурно было. - Может "Здрасьте, хули вам?" "На месте этих девушек в витринах я бы еще и танцевала в перерывах между клиентами" "А, вообще, эти велосипедисты - не важно, что они правы".
Рейс KLM из Пулково задержали, поэтому, чтобы успеть на чек-ин в аппарты неслись как угорелые - куртки нараспашку, шарфы в руках, на приветствия обкуренных негритосов не отвечаем.

В двенадцать ночи (в два по-нашему) идем пошляться в Ред Лайт Дистрикт. Обсуждаем выставленных в витринах красоток, не совсем красоток и вовсе не красоток, засекаем, сколько времени у них проводят клиенты, ржем перед витриной сувенирного магазина презервативов (кондомы в виде морковки или слона - каково?), вдыхаем запах легалайза и отмахиваемся от предложений барыг затариться чем посерьезнее. Окончательно замерзнув (всего плюс шесть) и разочаровавшись в продажной любви, идем баинькать.

Проснувшись и позавтракав, отправляемся гулять.

Переводим туманный Амстердам, каналы, дома с крючками на фасадах (эти для подъема грузов и мебели в квартиры) и свое беззаботное настроение в "цифру", постепенно заполняющую карту памяти на фотоаппарате. С площади Дам (называемой нами то площадью Ван Дамм, то площадью Дамноневам) устраиваем забег по магазинам. Джинсы "Chasin" по "цене черного рынка" (так написано на рекламных плакатах), рок-н-ролльные сапожки (девушка-продавец вспоминает, как было холодно и скользко в марте в СПб, когда она туда ездила), уютный и одновременно брутальный вязаный свитер с капюшоном. "Какой-то мужской этот Амстердам, кофточки не купить", - сетуют мои спутницы.

Вечер проходит уже под другими цифрами - 48:13. Огомные, они нарисованы на заднике за сценой и означают название последнего альбома "Kasabian", с которым группа сейчас в европейском туре. Народ постепенно заполняет "Хайникен Арену", но логистика у них тут четкая. Очередей нет ни в туалет, ни в камеры хранения, ни в бары. Толпы только перед сценой. И после разогрева все начинается. Парочка стоящая перед нами разворачивает "чек" и прямо с ногтей заряжается допингом - то ли у них кокаин, то ли спиды, то ли все-таки сахарная пудра. Амстердамский гиг "Kasabian" проходит под девизом "Никаких соплей!" Группа выкинула несколько романтичных песен, которые играли в предыдущих городах (посмотрели на Setlist.fm) и добавила боевиков. Интересно наблюдать как разрастается, выплескивается из центра слэм, в первый раз охватив зал целиком на сыгранном на трубе поверх электроники соло в "Doberman". А потом неувядающая "Club Foot" со своим "у! на-на-на-на!" - и понеслась! Во второй половине шоу слэм уже везде и на каждой песне. Как подростки прыгаем со всеми ("В конце концов, так безопаснее!" - смеется София). Завершается все (ой, нет, не все, а только концерт) "L.S.F." со своей бесконечной кодой. "Сэнкс, факинг Амстердам!" - благодарит то ли Том, то ли Серж. Спасибо и вам, парни! И уходим вместе со зрителями, распевающими а-капелла "ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла!". Чуть было не уезжаем в Роттердам, перепутав электричку с метро. В вагоне слэм и запевы продолжаются.

По-нашему уже за полночь, красный день календаря. Вот хорошо отметили годовщину Октябрьской революции!

На гудящих после вчерашнего ногах гуляем по Цветочному рынку, среди луковиц тюльпанов и корневищ неизвестных нам растений, пока нас не накрывает рассерженным дождем. Прячемся от него в аппартах, а когда после обеда осадки прекращаются, идем шляться по каналам, подальше от туристических проб. Прицениваемся в какой-то галерее к картинам за 1700 евро, хе-хе, миллионеры. 

Делаем групповое селфи, отражаясь в выставленных на витрине чайниках. Покупаем в «Chasin» мужской свитер для Софии, на что развеселый продавец-негр говорит, мол, ну а что, унисекс, все дела. Узнав, что мы из России вспоминает, странное дело, не про снег, а про Эрмитаж и про друга, который объехал всю Сибирь, Монголию и Китай. На мое замечание, что «френд хэв ноу джоб», в том смысле, что безработный, негр ржет как конь и отвечает, что «френд хэв гуд джоб», а вот он тут, торгует куртками и джинсами.

Вечером начинается аллес гемахт. Пьяная фотосессия в аппартах, когда для группового снимка звоним в дверь соседям. «Мужчина, а вы совсем не парле ву франсе?» Гонцами бежим со Светой за добавкой, а оставшиеся орут нам из окон «ола!» так, что оборачиваются прохожие. 

«Ну и воняет же здесь!» - это мы уже в кофешопе «Изи таймс», пьем кофе и умиляемся чувакам, убивающимся ганжей. Сами не стали – дури нам своей хватает. «Какой-то украинский магазин. Кто еще может придумать название «Шоебало»?» 

Напоследок заваливаемся в «Casa Rosso», порнотеатр в Красных фонарях, где просто зрителям нам быть уже мало, надо залезть на сцену и поучаствовать в шоу с обезьяной, ха-ха-ха! «А чего, глупо отказываться, если позвали»

Утро. «Света, что с тобой? – Живот болит. – Может, тебе таблетку? – Спасибо, София. – А может, тебе прокладку? - Спасибо, Таня. Денис, интересно, что ты предложишь?» 

Схипхол. «Не буду я пить эту воду. Бутылка 25 евро стоит. - Это просто номер в автомате». 

Рейс KLM. «А давайте еще попросим у стюардессы бутербродов и спрайт, чтобы вино разбавить, а то такая пакость. Йес, плиз уан мо сендвич фор мэн, ноу проблем?»

Повеселились что надо. Девчонки, спасибо за компанию.

Таллин (концерт MUSE) -Амстердам. Декабрь 2012.

День первый. TLL

Ну, почти рутина. Или везение)) В Таллине в третий раз – и третий раз город засыпает снегом. А кое-кто умный (ну, я, конечно), держа в уме Амстер, оделся по-осеннему. Теперь как Шарик в кедах в «Зиме в Простоквашино». Не заболеть бы.

Старый Город. Говорю: «Скучно, че-то он все такой же одинаковый как и в прошлые разы». София отвечает: «Так он несколько столетий все такой же». Смеемся. Пьем глинтвейн на площади у Ратуши. Рождественская ярмарка в Таллине – ну так, ни о чем по сравнению с прошлогодней Веной, как если сравнивать «ВАЗ» и «БМВ». Но Вана Таллин – просто разогрев перед концертом «Muse» в концертном зале «Saku» (пиво у них так называется), куда, почти за город, добираемся на переполненном троллейбусе. 

С «Muse» все в порядке. Лучшая стадионная рок-группа современности, миксующая Фредди Меркьюри с Рахманиновым и даб-степом. В плане шоу – просто ваще! Своя разборная сцена с лифтом для прозрачного рояля, четыре видеооператора на тросах под потолком, передающие изображения в режиме реального времени на подвесную конструкцию, служащую одновременно экраном. Все в том же он-лайн режиме на эти изображения накладываются спецэффекты, музыканты как актеры в хорошо отрежиссированной сцене оказываются в нужных местах и с нужных ракурсов.


 Мэтт, две недели назад сломавший кости ступни (и выкладывавший в Твиттер рентгеновский снимок) скачет козлищем, даже не хромает, хотя ранние концерты тура были отменены из-за травмы и гиг в Таллине – всего лишь второй после отмененных концертов. Зрители в восторге. А мы с пересадками, на залетном трамвае за полночь добираемся до отеля.

Процитирую свою раннюю запись: «Завтра перелет в славный город Амстердам».
День второй. AMS

Прямо перед нашим прилетом Амстердам умылся (дождь и все такое) и теперь, при солнце, пробивающимся сквозь тучи, выглядит особенно хорошо. Это «особенно хорошо» становится «просто отлично, ребята!», когда вспоминаешь, что дома сугробы. Тут во всю готовятся к Рождеству (скидки, венки на дверях, каток с елкой посередине на Лендсплейн, встречные велосипедисты, перевозящие елки в багажниках своих байков) и не особо жарко (0…+2), но снега нет и в помине, на домах-лодках кадки с зеленью выставлены на улицу, а кое-где цветет шиповник.

 Вообще, почувствовать дух Рождества – это точно не к Амстеру. У них тут Синти-Клаас 6 декабря уже подарки раздал, а Рождество… «Что? Вся Европа празднует? А, ну давай и мы тогда тоже». И ставят в витринах с елки, украшенными женскими трусиками.

Вечером идем в Красные Фонари. В театр «Casa Rosso». Ну, это не такой театр, где играют Басилашвили с Фрейндлих, а… Эм-м-м… Если без экивоков – то лайв порно. Хех, с привлечением зрителей из зала. Так сказать, для полноты ощущений.

Возвращаемся по холодным ночным улицам и ложимся спать. Завтра – первый день встаем не по будильнику. Отпуск ведь.





День третий. Good boys and girls go to heaven, bad boys and girls go to Amsterdam

Солнце растекается по трамвайным рельсам, небо безоблачное, но холодно – по здешним меркам, конечно. +2. Скандинавы ходят в футболках (честно-честно), южане – закутанные в куртки и в теплых шапках с надписью «Amsterdam» (если идет навстречу мужская компашка, будь уверен, что пара-тройка челов будет в таких шапках). Местные ходят в… Ну да, они не ходят, а ездят на великах.

Узнали, что на НГ они пьют шампанское и заедают его обсыпанными в сахарной пудре круглыми пончиками-колобками. Странно? А шампанское с оливье – это не странно, если задуматься? В пончики даже втыкают бенгальские огни. Сразу вспомнился вчерашний номер с пиротехникой в театре в Красных Фонарях. Вот же!

Поймали себя на мысли, что в Нидерландах столица – Гаага, а Амстер – он как Питер. Похож.

И на прощание, в темноте, позируем в Ночном дозоре. Не тот, который книга-кино-песня, а тот, который полотно Рембрандта. Персонажи картины (старинный городской патруль) отлиты в скульптуры и расставлены как на картине. Эта инсталляция путешествует по стране, и вот мы ее застали тут. На пятый раз))

Идем в отель. Там тепло, светло и мухи не кусают. Пора собирать чемоданы. Завтра летим домой.

На концерт Kasabian - в Амстердам! (март 2012)

03.03.2012
Для бешеной собаки семь верст не крюк. Ну так и мы. Прицепили к выходным два дня в счет отпуска – и вперед!

Сначала полупустым ночным басом с убаюкивающим финским ретро по радио до Вантаа. Досыпаем, как водится, в аэропорту. Потом два с небольшим часа – и пожалуйста. В Амстердаме переменная облачность, +8 и завтра концерт англичан «Kasabian», ради чего все и затевалось. Ощущения, вообще, странные. То ли мы здесь уже в стотысячный раз (на самом деле – в четвертый), то ли в первый. Карты города не нужны, но про бесшумные трамваи и велосипедистов как-то позабыли. Первое время уворачиваемся от них в самый последний момент. Знакомые люди на площади Дам – дядечка-музыкант с контрабасом и бубном, но саму площадь впервые видим без лесов.

Толпы молодых людей (Амстер, без вопросов, самый молодежный город из виденных нами) – кто в кедах, а кто и в уггах. Малосольная селедка с луком (София морщится и просит не дышать в ее сторону) в ларьках, украшенных голландскими флагами. Номер в отеле на этот раз украшен фото с голыми тетями. Засыпаем, а они на нас смотрят – странно как-то.

04.03.2012
В Амстердаме весна. Настолько весна, что в районе Йордан видим порхающих между деревьями огромных таких попугаев. Ну не, мы даже не курили, так что попугаи настоящие.

Около 450 лет назад испанская инквизиция приговорила к смертной казни…Кого, вы бы думали? Всех голландцев – от мала до велика. Так что инквизиция жжет. Впрочем, голландцы сами не отстают. Смотришь на некоторые вещи и думаешь – да ладно, как такое может быть? Например, продают евро по сто большие ржавые баки из-под краски – типа не рухлядь, а антиквариат (кстати, что такое квариат, чьей противоположностью, если верить приставке, является антиквариат?). В окончательную оторопь впадаем перед витриной похоронного бюро. Ладно, еще как-то можно представить себе гламурную барышню, которая завещает похоронить себя в розовом гробу. Но вот на кого рассчитан гроб окраски а-ля зебра? Хотелось бы посмотреть в глаза этому человеку.

На метро, вагоны которого раскрашены заводского изготовления граффити, доезжаем до «Хейнекен Арена» с, как считается, лучшим звуком в Европе. Еще там действует своя валюта (4 мУнтина равны 5 евро), а крепкий алкоголь наливают в пробирки. «Хейникен» продают даже в толпе перед сценой – девушкам – продавцам с бочонками за плечами хочется даже сказать в стиле Володи Шарапова: «Слушай, иди ты отсюда со своим печеньем!» Но это пока не начался концерт.

Простите за пафос, но пока есть «Kasabian», рок-н-ролл не умрет. Музыканты рубятся вместе с нами - ощущения, как если «Зенит» дожимает, скажем, «МЮ». Значки «Стэйдждайвинг запрещен» - как сигнал к действию (стэйдждайвинг – это когда кто-то прыгает в толпу (или поднимают из публики) и его носят на руках). Очаги слэма (а это когда все высоко прыгают, толкаются и пихают соседей) ко второй половине концерта перерастают в один большой слэм.

Люди приносят подставки с четырьмя и больше пластиковыми стаканами пива. Сделал пару глотков – и хлоп! – по высокой параболе в толпу. Еще два глотка из другого стакана – и снова в толпу, в другую сторону. Никто не обижается – рок-н-ролл, угар и все такое. Рядом слэмятся пара дядечек под пятьдесят, высокий-высокий, выше Крауча, чел, китайско-японского происхождения дрищ в очках (но как он прыгает!), разномастные девушки, не говоря уже про скандинавского вида мощных чуваков. В какой-то момент пять-шесть человек (я вместе с ними) не удерживаемся на ногах и падаем на пол. Нам протягивают руки, моментально поднимают и все продолжается. Музыканты довольны, тысячи раз сказанное «факинг Амстердам!» - как высшая похвала.

С гудящими оттоптанными ногами, облитые пивом, счастливые выходим из «Хейнекен Арена». Кажется, мы выиграли Лигу Чемпионов. Что, нет? Ну да ладно! В метро очереди перед автоматами по продаже билетов, но голландские чуваки держат турникеты на датчиках и орут: «Кам он! Донт бай тикетс!»

К отелю подходим к половине первого ночи, но ночной Амстердам только оживает. В номере пьем чай и решительные и брутальные как Джеймс Франко в «127 часах», когда он, зажатый каменюкой, отрезал себе руку тупым ножом, идем в «Melkweg» - клуб, расположенный в одном здании с нашим отелем. Там проходит пати «Ctrl+Alt+Dance» - чтобы это ни обозначало. Еще пару часов пляшем евродэнс с голландской молодежью на одном танцполе, иногда переходя на второй – где под рэггей и дабстеп двигаются чернокожие растаманы.

В шесть утра по Москве добираемся до кровати. День удался.