Рим (январь 2012)

01.01.2012
1. Как встретишь Новый год, так и...
Всех с Новым годом! Здоровья, удачи и благополучия!
Сами отметили его дома, под канал Ностальжи (с поздравлениями Брежнева), дабстеп и «Бах-бах-бах!» за окнами.
Утром зашел на сайт sleepinginairports.net. По его версии аэропорт Вантаа – лучший для ночевок в Европе в 2010 году. К чему это? К тому, что когда-то все случается в первый раз. Сегодня мы, вместо того, чтобы вечером в компании подъедать прошлогодний оливье, впервые в жизни ночуем в аэропорту.

Никакого форс-мажора, просто ранний вылет 2го. Ну и ладно. Кресла у них длинные и мягкие, в ноуте полно фильмов и книжек на случай бессонницы. До Хельсинки едем на «Аллегро». Сравним его с европейскими скоростными поездами. В плане цен на билеты, кстати, «Аллегро» серьезно проигрывает. Зато берем с собой в поезд прошлогодний оливье в баночке. А мандарины рассовываем по карманам.

03.01.2012
2. О памяти :)
Мы в Риме.
Есть такая песня у группы «Metallica» - «Memoryremains– Осколки памяти». Наш день получился настолько длинным, что теперь, когда пытаешься его вспомнить, память выдает только отдельные эпизоды, осколки, так сказать…

Консьержка, разбудившая 1 января в 10 утра, настойчивыми звонками в дверь: «Это не от вас дым идет? А, ну извините, с Новым годом». А на самом деле у соседей с плиты убежало молоко.
Просмотр фильма «О чем говорят мужчины» в три часа утра в оккупированном русскими туристами (по-другому и не скажешь – настолько их много) аэропорту Вантаа.

Елка, украшенная значками «Мерседес», в окружении зеленых пальм.

Ресторанчик на виа Национале. Рим действительно Вечный город. В 2008 мы уходили из этой кафешки, когда тетенька-администратор ругала парнишку-официанта (Ира, ты их помнишь?). В 2012ом возвращаемся – дать перекур натруженным ногам и выпить по кофе-латте – а они, слегка постаревшие, также ругаются. Выглядит это как сцена из итальянской комедии. Латте пьем за столиком на улице. Тепло так, что удивляешься, когда вспоминаешь, что сегодня 2 января.
Пицца Дьябола, проперченная, кажется, самим дьяволом. Значок кометы на верхушках елок и где попало – один из итальянских символов Рождества.

Пьяцца дель Попполо и Испанская лестница в сгущающихся сумерках и загорающихся огнях – красиво.
В номере засыпаем на ходу, не допив шампанское. Спим как бревна. На утро подъем по будильнику – а как еще?






04.01.2012
3. Dolce vita

У нас 3 января и 15 градусов тепла – ходим без свитеров и в куртках нараспашку. При таких раскладах как-то не очень верится в легенду о базилике Санта-Мария-Маджоре. Дескать, Римскому папе приснился сон, в котором к нему явился кто-то там и повелел построить церковь на холме, где выпадет снег. Снег выпал, базилику построили. Дело происходило в августе.

И еще про Римских пап. Утром поехали в Ватикан, где на пьяцца Сан-Петро стоит главная католическая елка, привезенная с украинских Карпат. Рядом с ней – построенная из куска скалы пещера с волхвами и новорожденным Иисусом. С купола собора Святого Петра город виден целиком – зеленый-презеленый.

Потом ходим по собору, разглядывая кутикулы на пальцах мраморных ангелов, и в голове всплывает фраза Картмана из «Саус парка»: «В раю будет спокойствие и десять тысяч долларов!»
Эти тысячи были бы весьма кстати, думается мне, когда в номер вваливается София, увешанная пакетами с покупками. «Ой, а что я купила…» - загадочно говорит она. У меня все проще. Я в это время гулял по маленьким улочкам с названиями вроде виа Серпенти или виа де Ченчелонни – не названия, а песня.

В местных витринах стоят елки, украшенные вареными спагетти, а на сделанные под старину таблички с названиями улиц наползают граффити вроде «CultureofResistance» с демонстрантами и стеной полицейских щитов – следы недавних итальянских волнений.




Вечером пьем местное пиво на ступенях Испанской лестницы. Позируем друг дружке, разглядываем толпищи народу и наблюдаем, как бегают от карабинеров торговцы контрафактом, у которых по сходной цене можно прикупить сумки, скажем, «LouisVuitton» из последней коллекции (лица продавцов говорят: «Знаешь, их делают там же и из тех же материалов, что и в магазине, только в ночную смену. Хозяин об этом не знает – так что тс-с-с…»).


На пьяцца Навона рождественский рынок, и она погребена под павильонами, где торгуют рождественскими подвесными носками и почему-то ведьмами.

Возвращаемся в темноте. На предложение посидеть на улице и попить кофе София отвечает сонно и неразборчиво, и я с ней солидарен. Засыпаем, не донеся голову до подушек. Я не слышу, но могу быть уверен, что София и во сне бормочет что-то вроде: «Борза! Борза! Дольче гуанти!» (ит. Сумка! Сладкий кошелечек!)
И хорошо еще, что эти заметки не надо писать ногами.

05.01.2012
4. Хорошо!
Вот и началось. После душа и завтрака заклеиваем ноги пластырем. Рим без этого и не Рим вовсе.
Гуляем по холмам Квиринале, где встретили кавалькаду конных полицейских, и Капитолию – там разглядываем монетки в фонтане и собираем шишки, нападавшие с пиний.
 Через Тибр перебираемся в район Трастевере, куда как-то не удосужились заглянуть в прошлые римские каникулы. Узенькими улочками с классически развешенным между домами бельем выбираемся к Санта-Мариа-ин-Трастевере, за которой обнаруживаем совершенно аутентичный местный бар.

 Там и залипаем со стаканами латте по одному евро. Рядом пожилые сеньоры в домашних шлепанцах роняют пепел с сигарет себе на плащи. Два мужичка под пятьдесят режутся в карты, их обступили еще двое, что-то жующие, тычат пальцами в карты игроков и громко кричат по-итальянски: «Лошадью ходи!» Дедушка, вооружившись странной приспособой для чтения газет, под нос упоминает Берлускони. Бармен здоровается и перекидывается новостями с идущими по улице прохожими.
Столики с рекламой пива «Peroni» обшарпаны донельзя, а дверь в туалет не запирается – чего уж там, все свои. Поддавшись настроению, подхожу к стойке и прошу: «Уно кафелатте, грациа!» Вместе с кофе получаю, видимо, короткий, но экспрессивный анекдот (или рассказ о проделках завсегдатаев), невпопад – баран бараном – киваю и смеюсь, но латте того стоит. Надо вернуться сюда вечером.

Долго кружим по холмам, пока, наконец, не покупаем билеты на автобус в табачной лавке и не доезжаем до отеля. Апельсины запиваем брютом – у нас сиеста.

05.01.2012
5. К вопросу о вопросах
Накопились кое-какие вопросы к римлянам. Конечно, задавать их надо не здесь – но озвучу, вместе посмеемся.
К примеру, в древние времена изжарили Святого Лаврентия живьем на решетке. Построили на этом месте в память о великомученике церковь Сан-Ларенцо-ин-Панисперно. Ну, все понятно, извините нас за предков. И вот в день Святого Лаврентия стали устраивать для бедняков раздачи…Чего бы вы подумали? Жареного хлеба с ветчиной. Это что, чувство юмора у священнослужителей такое? Ага, они бы этот хлеб еще лавровыми листьями перекладывали – для наглядности.

Или другая церковь, забыл ее название. Взял тамошний художник и нарисовал сцены мучений первых христиан – настолько реалистично и гадко, что бывший в Риме проездом маркиз де Сад, зайдя помолиться, увидел фрески, перекрестился и сказал: «Что-то вы, ребята, погорячились, прости Господи». Зачем вот так было рисовать?

Или базилика Сан-Клементе, на стенах которой персонажи фресок говорят в пузыри как в комиксах – уже так неплохо. И вот один чувак говорит там слугам: «Тяните, сукины дети». Точно, еще покрепче чего бы дописать. Ну, место святое – нельзя.

...А вообще, к вечеру первые витрины на виа Национале начинают украшать вывесками «Saldi». Завтра первый день распродаж.

05.01.2012
6. Сальди-кофе-рамазотти
В ожидании открытия магазинов в первый день распродаж сидим в саду Квиринале под пальмами, в ветвях которых как наши воробьи снуют попугаи. Через пару часов улицы заполнены людьми с огромными пакетами. Ну а чего – цены на девять из десяти вещей упали на 30-50 процентов.

Проходя мимо древнеримского амфитеатра вспоминаем сказку Джанни Родари «Человек, который хотел украсть Колизей». Там про мужика, который решил по кирпичику перенести Колизей в подвал собственного дома. Остается процитировать Гришковца: «Город большой – чудаков много».

Вечером идем в Трастевере – обедаем пиццей–пастой и сидим за столиками вчерашнего кафе. Немного холодно, поэтому вместе с кофе берем по порции травяного ликера «Ramazotti» и как в театре наблюдаем за местными. Вот по очереди подъехали на скутерах две девушки – явно с распродаж. Сняли мотоциклетные шлемы и показывают друг другу содержимое пакетов. Дедок типажа Дика Адвоката с голосом - скрипом несмазанной двери что-то провозглашал-провозглашал да и, простите, описался. Шатаясь, побрел домой, а официант, ненадолго вернувшийся в кафе с соседней площади, окатил пластиковый стул кипятком, вытер и поставил сушиться. Трое итальянцев среднего возраста пьют что-то вроде колы со льдом (правда, как-то быстро с нее веселеют), курят и все время хохочут. Улыбки симпатичные, но зубов маловато. Парень за соседним столиком пьет пиво «Peroni» и что-то печатает на ноутбуке. Наверное, контркультурный роман, если судить по его маргинальному виду и заставке на лэптопе с изображением могильного камня Чарльза Буковски. Кстати, еще бы недельку – и мы совсем заговорили бы на итальянском. София в барах уже обходится без английского (грациа миле, RosettaStone*), а я интуитивно коверкаю русские слова на итальянский манер – и попадаю (вроде «уно пакетто» в универсаме).

В темноте выходим на виале Трастевере, где познаем прелесть езды на общественном транспорте в час-пик. Нужного автобуса долго нет, поэтому едем как селедки в бочке. Нам не привыкать, повиснувшим на подножках римлянам – тоже. Едем и смеемся, пряники жуем. В отеле ждут несобранные чемоданы.

06.01.2012
7. Chiao, Roma!
Мы сейчас летим где-то над Европой. Рим со своими +14 остался позади. В Хельсинки снег и -1 – чувство такое, что возвращаемся в Валгаллу. Абсолютно безбашенный вылет из аэропорта Фьюмичино в северном направлении – когда самолет набирает высоту, закручиваясь по короткой спирали, а внутри все холодеет (Ира, помнишь?) – было неприятно. Писать больше не о чем – разве что о продающихся в Вечном городе календарях с Муссолини – как если бы у нас продавались календари со Сталиным. Сегодня ночуем в отеле в Хельсинки и завтра к вечеру должны быть дома.
Грациа миле тем, кто потратил свое время на наши заметки.
Chiao!

Вена накануне Рождества (декабрь 2011)

02.12.2011
Первый день отпуска. Мокрый снег, замиксованный с декабрьским безжалостным дождем над городом, облепленным постерами с Единой Россией и с Владимиром Семеновичем – чем не повод свинтить хоть на время? Весь день в цейтноте. Проснувшись в девять утра, понимаем, что уже, в общем-то, опаздываем на вечерний паром до Хельсинки. Гладим одежду, доедаем, что не доедено, попутно успеваем сгонять в кино на «Высоцкого» и получить заказ на «OZONe», собираем чемоданы. Кажется, ничего не забыли. До выхода из дома – меньше получаса.

На Финском заливе сегодня, кстати, обещают двухметровые волны. Покачаемся :))

03.12.2011
Первая остановка по ту сторону баррикад – Хельсинки. Тут действует обыкновенная скандинавская мистика – когда у нас гадость и под ногами и с неба, у финнов – ясное небо и солнце.

Стандартная поездка в столицу Финляндии оборачивается мозговым штурмом – как бы скреативить, чтобы выбиться из обычного ряда: «H&M», kahvi Juhla и кебаб «Eerikin Pippuri». Это - то незнакомый район города, то зоопарк. Сегодня - Музей современного искусства (оказавшийся закрытым по случаю установки новой экспозиции – но какую прикольню штуку мы купили в магазине при музее!), Рождественская ярмарка (вопреки всем обещаниям – еще не начала работать) и концерт в «Apollo Live Club» (надеемся, хоть он состоится) (upd. – не состоялся.). Ну и кебаб. Это уж обязательно. А вообще – везде продаются рождественские штуки, витрины украшают манекены в праздничных платьях. Одно из них примеряет София, а тетенька-продавец понимающе задает риторический вопрос: «For the party?». Йес, офкоз, и более того – бикоз.

04.12.2011
Утром ходим по номеру, ощущая себя полной деревней: «Ой, а для чего эта веревочка? А эта штука? А это что такое?» Некоторые финские прибамбасы так до сих пор и не поддаются классификации. А вообще, в этот раз, против своих обыкновений, отдых получается как у Гены и Вована из Нашей Раши. Кофе на завтраке постоянно наливается больше, чем вмещают кружки. Нажал на кнопку «hot milk», поднес чашку к кранику и жду, а молоко благополучно льется из другого. Начали чистить мандарины – а они все порченые, побросали на столе со словами: «Может, у вас еще и яблоки с червяками?».
И совсем уж в стиле кинозвезд, громящих номера в отелях, в порыве страсти даже не разбили, а расхерачили стеклянный стол в номере. ПосыпАли голову пеплом, просили понять и простить, но менеджер выставил счет. Брешь в бюджете он не пробил, но неприятно и жутко стыдно.

А от вчерашнего гостеприимного Хельсинки не осталось и следа – идет такой серьезный дождь. Собираемся в аэропорт. Если обойдется без форс-мажоров, к вечеру будем в Вене.

05.12.2011
Из Хельсинки в Вену с пересадкой в Амстердаме путешествуем KLM – Голландскими Королевскими Авиалиниями. Вот уж действительно, королевский комфорт – за два с половиной часа до Схипхола покормили два раза и предложили вина. Горячо любимая нами Голландия поддерживает свое реноме. Кстати, перед вылетом обсуждали возможное питание на борту. Я и говорю: «Не, я не буду есть. Я люблю путешествовать на пустой желудок. Типа обостряются чувства и все такое…» А сам умял все, что принесли стюардессы. Сидевшая рядом голландка поделилась своим пайком. Отказываться не стал, слопал и его. Так вот и обостряются чувства.


В Вене уже темно. Многие непарадные улицы экономно освещены лампами дневного света. В 8 вечера улицы (если откинуть несколько центральных) реально пустые. По центровым Картнерштрассе и Грабен гуляют толпы туристов, сами штрассе затейливо и разнообразно украшены – тут венцы не пожадничали, гирлянды в виде хрустальных люстр или бантов впечатляют.



В отеле, где нас, кстати, поселили в двухкомнатный номер по очень смешной цене, заканчиваем длинный день порциями «Jameson». Спокойной ночи. Или доброго утра. Как угодно - у нас 12 часов ночи, в Петербурге - три часа утра ;)

06.12.2011
«Ты что мне принес? Пирог что ли?» - «О, я, я. Дас ист штолен». Примерно так, наверное, и появилось название этого венского пирога. Откуда появилось название знаменитого торта «Захер» - даже неловко себе представить. Штолен едим за завтраком в отеле, «Захер» оставляем на вечер. После завтрака устраиваем пиршество духа. Идем в музей Albertina, где проходят выставки импрессионистов и Рене Магритта. Мнения насчет непростого искусства у нас разошлись, но в любом случае – посетили не зря.

 Сегодня в Вене сильный, но теплый ветер (по ощущениям – апрельский), который поднимает с земли опавшие листья и кружит их вокруг разукрашенных к Рождеству елок – зрелище завораживающее. При дневном свете Вена не так нарядна, как ночью. Город как город – просторный, не так, чтобы очень уж чистый, самодостаточный. С английским лучше не лезть. Как говорил герой одного фильма: «Хочешь говорить по-английски – езжай в Англию».

Столетия Священной Римской Империи (средневекового государства, в который входила современная Австрия) оставили в Вене сильный романский след. Некоторые кусочки Вены – вылитый Рим. Тут вот Испанская лестница, тут - почти Пантеон. От этого становится как-то хорошо.


Темнеет. Где-то в мэрии какой-то главный чувак поворачивает рубильник, и на улицах загорается подсветка зданий и праздничные украшения. У собора Святого Стефана припарковано десятка три карет, брутальные кучеры в ливреях курят «Голуаз» без фильтра и читают свежую прессу. В пределах Ринга (местное бульварное кольцо, ограничивающее центр города) – сразу несколько рождественских базаров. Новогодняя ярмарка в СПб на площади Островского – просто детский лепет по сравнению с этими чудесами. Все разукрашено, расцвечено огнями. Детей катают на паровозиках. Взрослые, сбиваясь в огромные толпы, надираются пуншем с таким энтузиазмом, будто от этого зависит их жизнь в грядущем году. Продаваемых сладостей – видов сто пятьдесят, не меньше. Очень часто даже не опознать – что это, все названия на немецком. Елочных игрушек – уйма. В общем – дай бог унести хоть что-то в кошельках. Такое вот волшебство по выкачиванию денежек.

07.12.2011
Кинодиалог: «Да выруби ты эту херню! – Петя, эту херню написал Малер. – А кто это?» - про нас. Искушенность в стилях современной музыки у нас соседствует с полнейшим незнанием классической. Я вот, к примеру, помню только прокофьевского «Петю и волка» (кстати, судя по афишам, идет в Вене). Так что наш интерес к Вене как к столице классической музыки ограничивается посещением Музыкальной мили у Оперы да разглядыванием конфет в коробках в форме скрипки.

 Сегодня утром отдали дань архитектуре. На почти пустом метро доехали до G-town, или Газометров. Бывшие газохранилища в форме гигантских башен, переделанных под жилье и магазины. Очень индустриально и внушительно. Потом разглядывали дом Хундертвассера – с цветными стенами, без прямых углов и с выпирающими полами. В местном кафе, по барной стойке в котором течет ручеек, пили меланж – венский вариант каппучино. По части кофе венцы знатоки и приближаются к итальянцам в этом вопросе.

Хорошо так, что даже как-то побоку, что пропускаем решающий матч «Зенита». Скоро стемнеет, зажгутся огни и можно будет опять идти гулять. Идем до Карлскирхе – церкви, одновременно похожей на мечеть, собор Святого Петра и римские базилики. Возле нее очередная рождественская ярмарка. Продают – впрочем, небойко - изделия народных промыслов и ремесел, дети катаются на пони или кувыркаются в соломе возле имитации ясель, где родился Иисус, а взрослые…Взрослые толпятся возле павильонов, где наливают пунш.
Видно, что вот идет менеджер с работы – в костюме и с кейсом, покушал у столика с фонарем что-то, купленное тут же на ярмарке, и приналег на пунш. Подходят его знакомые, тоже берут себе. Сегодня попробовали ванильно-вишневый с ягодами на дне кружек. Достойно, надо раздобыть рецепт.

Начинает накрапывать дождь. Уходим в отель. У нас еще есть пиво (австрийцы пьют только светлое, и темное у них даже не продается), недосмотренные «Гриффины» и несобранные чемоданы. Если все будет нормально, завтра поставим личный рекорд – три перелета за день. Сомнительное, кстати, достижение.

08.12.2011
Летим не без приключений. С утра в Вене не смогли зачекиниться через автомат. Подходим к стойке KLM, типа: «Вот из проблем?». А нам: «Ваш стыковочный рейс из Амстердама в Хельсинки отменен. Подождите немного, сейчас решим эту проблему». Отправили нас Люфтганзой до Франкфурта, оттуда уже в Хельсинки. Получилось даже быстрее, чем мы планировали, но… Прощайте, луковицы синих тюльпанов, голландская SPA-косметика «Rituals» и коллекционные виски из неприметного магазинчика в Схипхоле – мы мимо вас. Вдобавок заблудились в громаде аэропорта Франкфурта и пришлось дважды проходить суровый немецкий досмотр (и один-то раз неприятно, а тут два), а еще в Вене нашу ручную кладь не признали ручной кладью и отправили в багаж. Пришлось сорок минут ждать свои чемоданы в Вантаа у багажной ленты, где флегматичные грузчики весьма неспешны. Но вот попили кофе-колы, покушали салями-пиццы и сидим ждем рейса до СПб. Скоро будем дома. Все ОК.

P.S. А вот уже и дома.

Осло-Копенгаген-Амстердам (июнь 2011)

01.06.2011
1. Самое начало
Первый день лета – это что-то из детства. Учеба закончилась, впереди три месяца ничегонеделания (это если, конечно, не считать сенокос у бабушки в деревне, сбор черники с комарами, окучивание картошки на грядках и список «Летнее чтение», где первыми пунктами Достоевский, Толстой и, скажем, Диккенс). В этом году мы пробуем по-детски ощутить эту знаменательную дату - 1 июня. Впереди, правда, не три месяца, а две (уже полторы) недели.
Вещи раскиданы по квартире, чемоданы раскрыты, в каждой розетке либо утюг, либо зарядное устройство.
В общем, мы опять в путешествие. Хотя Путешествие – это, наверное, сильно сказано. Ничего такого жюльвернского, ничего, что можно было бы озаглавить «Пять недель на воздушном шаре», «20000 лье под водой» или, на худой конец, «Из пушки на Луну». Но, как говорит один персонаж скандинавских сказок: «Приключения должны быть по росту».
Ладно, останавливаю поток сознания. Через три часа нам выходить – и на автобусе в аэропорт Хельсинки. Это пока.


03.06.2011
2. День первый. Осло.
Ранним утром пустой аэропорт Вантаа выглядит нереально, как нарисованная декорация.
Самолеты и транзитные пассажиры еще спят, а таксисты уже проснулись. Мы присоединяемся к первым – кемарим по очереди на мягких лавках. А через несколько часов «боинг-737» доставляет нас в столицу Норвегии.

Солнечный Осло встречает нас смешением языков и цветов кожи. Попытавшийся обнаружить у нас контрабанду таможенник-индус по-русски вопрошает: «А папиросы?» Жизнерадостный говорливый басдрайвер на наш вопрос «вэн э некст бас?» разражается длинной тирадой по-норвежски, на что мы переходим на русский и говорим: «Ага, ну все понятно».

Позже забредаем в район Грёнланд, на границах которого в барах пьют пиво суровые нордические дядьки, а на самих улицах подальше от метро снуют арабы и негры, которых в Осло, без всяких преувеличений, половина от всех жителей. В Норвегии, кстати, сегодня праздник Вознесения – нерабочий день, и местные жители смешались с туристами и лежат себе в сквериках на травке или гуляют по улицам.

Мы забираемся в (или на) крепость Акерсхус, с которой разглядываем бухту с громадными паромами. Дальше по набережной – район Акер-Брюгге, экс-промзона; в бывших заводских заданиях теперь магазины. К самому вечеру выходим на центральную пешеходную улицу Карл-Юханс-гате. Она идет от вокзальной площади, где стоит бронзовое животное – символ Осло (кто бы, вы думали? Лось? Медведь? Не-а! – никогда не водившийся здесь тигр) к королевскому дворцу (кажется, норвежские короли никогда не видели настоящих дворцов или они такие скромники).

Недалеко от дворца, напротив здания парламента сооружена аллея из скульптур, изображающих бездомных людей. Негр с собакой, пьянчужка, играющий на баяне, девушка с дредами, спящая в картонной коробке, дедушка, продающий газеты. Это послание благотворительной организации Армия Спасения, пытающейся привлечь к проблеме внимание правительства. Сделано все очень реалистично, с малейшими деталями: джинсовая строчка, помятый спальный мешок, дафлкот с чужого плеча. Мы не любители пафосного Искусства с большой буквы (ой, какая игра светотени и т.д.), но такие вещи нас всегда впечатляют. Возле Карл-Юханс-гате расположен и наш отель. Солнце еще высоко, но ночной переезд и смена часовых поясов дают о себе знать. Идем отсыпаться.

04.06.2011
3. День второй (всего-то? а казалось, уже третий-четвертый, не меньше!). Осло.
С утра сели на метро и рванули в Холменколлен - смотреть на знаменитый трамплин. Попутно посетили музей лыж. Лыжи, понятное дело, любимый девайс норвежцев, но тут вместо лыж мы увидели трехметровые загнутые доски, а лыжную палку можно обхватить только обеими руками сразу. Сразу вспомнишь поэта: «Гвозди бы делать из этих людей». Кстати, в качестве смотрителя встретили Халворда Ханевольда. Не повезло - на следующий день должен быть Бьёрндален… Хи-хи. А вы поверили?

Вернувшись в центр, прогуливаемся вокруг тюрьмы и Полицейского управления, где якобы работал коп-алкоголик Харри Холе, герой мегапопулярных в Норвегии, а теперь уже и в Европе, романов Ю Несбё. Вокруг тюрьмы – парк, где жители Осло (ословцы? ослочане?) загорают и жарят гриль. Вообще, Осло настолько зеленый город, что когда едешь на метро над землей, окна как в лесу царапают ветки, а на некоторых стоянках парковочные места разделены кустами. Рядом с тюрьмой – "цветные" районы Грёнланд и Грюнелёкка, где торговые центры названы базарами, в витринах продаются футболки с надписями «Я люблю Сомали (Ливию, Мозамбик)» и есть большой магазин «Шейх Энтерпрайзис», торгующий настоящими нетуристическими этническими вечерними нарядами. После посещения таких районов хочется спросить у норвежцев, что они думают по поводу этих закутанных в платки женщин, за которыми тянется хвост из детей мал мала меньше. Или мечети, втиснутой между домами. Они также толерантны как раньше? Или уже поздно кусать локти? Такая вот геополитическая телега.

По окончании сиесты (а в Осло сейчас под +30) гуляем по набережной, пьем пиво и заедаем его хот-догами из сети местных магазинчиков, названной по часам работы «7-11» (Севен-элевен). Цены если и не космические, то приближаются к ним. Светлое пиво в магазине – от 160 рублей, «пищевой набор» из хот-дога и 0,5 колы – 180 рублей, проезд на метро – 130 рублей. Все еще мечтаете о сувенирах из Норвегии?

04.06.2011
4. Утро третьего дня. Осло, бай-бай!

Позавтракали, собираем вещи, подсчитываем купюры и монетки. В монетках, кстати, дырочки – злые языки говорят, что так норвежцы экономят металл. У нас еще полдня в Осло, а потом на пароме с названием «Жемчужина морских дорог» - не больше и не меньше – через Осло-фьорд, проливы Скагеррак и Каттегат – в Копенгаген. Солнечную теплую погоду, если верить прогнозам, мы забираем с собой.



05.06.2011
5.День четвертый. Осло-Копенгаген.
Пока тепло и светло (ну еще и суббота), скандинавы жгут по полной. На улицах Осло экологический форум с палатками вдоль Карл-Юханс-гате смешивается с парадом пожарных ретро-автомобилей, в квартале от них афро-норвежцы стучат в там-тамы, а чуть дальше суровые белые чуваки читают нордический рэп. В общем – развлечения на любой вкус.

У нас отдых от ходьбы. Сидим прямо попами на палубе «Pearl Seaways» в компании другой молодежи, лакаем датский «Carlsberg» и принимаем солнечные ванны, глазея на берега Осло-фьорда. Паром – как ковчег, где каждой твари по паре. Японцы, китайцы, арабы, негры. Почему-то особенно неприятно смотреть на индусов, чьи женщины носят кольца на пальцах ног и одеваются как героини фильма «Зита и Гита». Скандинавы, блин.


Копенгаген (сокращенно – CPH) как будто просит найти десять различий с Амстердамом. Те же велосипедисты, почти те же каналы, легалайз, грязненько и очень часто воняет мочой – позассали весь город. Вдобавок к полудню на улице настоящее среднеземноморское пекло. Скандинавия, блин. :)

06.06.2011
6. Жара в Копенгагене.
Да уж, такой жары не помним с поездки в Италию. Понятие «сиеста» обрело глубинный смысл. Но в остальном – сплошной позитив.

В понедельник утром вышли на работу отдохнувшие дворники и убрали город. Мы уже слегка прочувствовали CPH – катаемся на великах, пьем только Carlsberg (ну или Tuborg, что, собственно, то же самое – оба национальных пивных бренда варятся на одном заводе и принадлежат одному концерну) и , вытаращив глаза, пускаем пламя из пастей, съев проперченный как для своих кебаб в заведении не то ирако-датчан, не то турко-европейцев. На помощь приходит все тот же самый знаменитый датский пивной бренд. Опустошая зеленые баночки одна за одной, сидим во внутреннем дворике отеля.
Вечереет. Завтра рано утром перелет в славный город Амстердам.

07.06.2011
7. Амстердам. Хорошо!

Помните, когда в «Республике ШКИД» Юрский говорит: «Громоносцев, выйди из-за стола. Завтракать будешь в ужин!»? Это про нас. Встали в четыре часа утра, попили водицы и пошли на вокзал, добрались до аэропорта Каструп, два часа перед вылетом в Нидерланды, полуторачасовой перелет, долгое ожидание багажа, потом на электричке до Централ Стейшн, сорок минут по улицам Амстера – потому что – мать-перемать! – заблудились на ровном месте, чек-ин в гостинице. В общем, позавтракали в час дня. Но тут, правда, оторвались - после Скандинавии цены в «Альберт Хейне», центровом голландском супермаркете, дают почти забесплатно накупить всякой всячины.

После еды на бреющем бомбим магазины на торговой улице Кальверстраат. Унося в клювах добро и попутно прикупив свежей малосольной селедки, идем в отель.  На всех углах радостно посвистывают голландцы, у которых заканчивается рабочий день. В шесть часов они оседлают байки и рванут по домам. Готовить, судя по всему, не собирается ни один – в том же «Альберт Хейне» продаются готовые ужины. Любые на выбор - тефтели, макароны по-флотски, салат Цезарь, бифштексы, плов. Кинул на сковородку, съел и запил пивком. Помните у Гайдара: «Живи да работай – хорошая жизнь»?

09.06.2011
8. Амстердам. Хорошо!, часть 2
Если честно - то никаких откровений. Третий раз в Амстердаме, поэтому даже почти не фотографируем, а просто любуемся видами. Про цветочный рынок, жесткий трафик велосипедистов, везущих в своих корзинах картины, картонки и маленьких собачонок, вечернюю Лендсплейн, пиво и свежую селедку уже писали. Основной тэг к всему происходящему: «Эх, хорошо!»

10.06.2011
9. Амстердам. "Он улетел, но обещал вернуться"
Хуе нах!
Никакого криминала. Я по-голландски пожелал вам доброго вечера. Продуктовые магазины (где продается вареная картошка, чтобы дома нужно было только разжарить) закрываются, поток велосипедистов поредел и уменьшил скорость (видели парочку, которая обнималась на ходу), местные засели по районным кафешкам (толпы не хуже, чем по пятницам в барах Стокгольма), в Ред Лайт Дистрикт не протолкнуться от туристов, девушки в витринах похожи на рыбок в аквариуме, а выходящие от них клиенты – на объевшихся сметаной котов.


Сегодня на центральной площади Дам показывали с Софией аттракцион под названием «Безграничные возможности человеческой жадности». Купили за 34 рубля (меньше 1 евро) упаковку из двенадцати эскимо. Я съел три, София – все остальные. Аплодисменты!

Мы заканчиваем. Собираем чемоданы, проверяем паспорта. Завтра два перелета: Амстердам-Хельсинки и Хельсинки-СПб – и мы дома. Всем спасибо за поздравления – и за внимание. Хуе нах!

Стокгольмский week-end (март 2011)

19.03.2011
1 Немного про вечерний Стокгольм
Как там в песне? "Под крылом самолета о чем-то поет..." Нет, другая песня. А, "у природы нет плохой погоды". Это про нас. SASовский боинг прилетел из солнечного Питера в Стокгольм, где шел косой мокрый снег. Впрочем, пока добирались до города на шаттлбасе, снег кончился.

Вечерний Стокгольм похож на Хельсинки почти один в один. Те же кучкующиеся афро-скандинавы, те же дома в скандинавском стиле, подсвеченные яркими огнями реклам. Только изредка над крышами высится шпиль какой-нибудь церкви ("чюрки" по-шведски).

А сами шведы - это такие белобрысые дылды в пальто и шарфах, но с непокрытой головой, настолько высокие, что завтракают они, кажется, детьми. Некоторые, совсем уж оголтелые, при своих пальто и шарфах несутся по снегу на велосипедах. Семь вечера, а стокгольмцы уже оккупировали все бары и веселятся. Выглядит это так. Заведение на первом этаже, десять процентов посетителей сидят за столиками, девяносто - со стаканами и бокалами в руках просто выпивают, стоя посреди помещений, музыка грохочет так, что никто не слышет друг друга - от этого им, наверное, еще веселее. При нашем отеле бар 101 - одно из популярных заведений города. Из-за его музыки при чек-ине постоянно переспрашивали портье, типа:"Ась? Что вы сказали?" Наш номер (самый, кстати, обычный) весь такой на дизайне, с громадными скандинавскими окнами и с тройным мусорным ведром (для разного мусора; отсек для пустых бутылок, выясняется, надо было бы сделать побольше). Алкоголь и двухчасовая разница во времени (ой, а у нас уже час ночи) дает о себе знать - глаза слипаются и мы засыпаем раньше, чем ложимся.

19.03.2011
2 Про креатив и странности
Понадобилось три поездки в Стокгольм, чтобы понять, как отжигают флегматичные и неторопливые шведы. К примеру - лампочки в шкафу, загорающиеся при открытой дверце. Или кондиционер, управляемый из меню телевизора - ничего так, да? К бортам прогулочных корабликов, куда наши вешают старые покрышки, шведы подвешивают бревна. Очень по-скандинавски - необычный дизайн и забота об экологии. А витрины универмагов... На одной манекены повалены как домино, на другой- погрызены гигантскими пластиковыми муравьями, у одежды отъедены рукава и штанины. Еще на одной витрине в модные футболки и куртки одеты березовые поленья с руками-сучками.

 Отель на паруснике, отель в большом самолете, завтрак в нашем Скандике до двух часов дня - при особой наглости можно и отобедать. Самый оригинальный памятник Ленину - кусок трамвайного рельса, который как-то переходил Ильич. Про то, что продается в магазинах дизайна (украшения для электрических проводов, подзорные трубы-каледоскопы и т.д.) можно писать очень долго. Ежемесячный журнал Tatoo с обзором трендовых татуировок (кто-то оформляет на него подписку?). Грузовички с рекламой стрип-клуба, переезжающие от отеля к отелю.
А так по ним не скажешь. Ходят, слегка улыбаются и постоянно пьют кофе.

20.03.2011
3 Перед отлетом
Мы в аэропорту Арланда, ждем рейса. Позади остался солнечный Стокгольм (солнце такое яркое, что вчера пришлось покупать очки) со своими многоуровневыми улицами и бодрячками-дворниками, громко и чуть ли не хором распевающими во время уборки. На дьюти-фри тратим последние шведские кроны. Купюры, кстати, очень смешные, к примеру - на двадцатке изображена Сельма Лагерлеф (помните Нильса с дикими гусями?), это как если бы у нас на пятисотке нарисовали, скажем, Агнию Барто или Аркадия Гайдара. Или Николая Носова. В аэропорту еще продается колбаса из оленей и медведей – и это как-то странно для таких любителей природы как шведы. Ну и ладно.
Если не считать Хельсинки, который уже как второй СПб, Стокгольм – первый европейский город, в котором мы побывали трижды. Скоро посадка, заканчиваем писанину.
И последнее (мы уже дома). Надпись на нашем самолете: "Ты знаешь вкус снежинок?" Романтики, блин.

Амстердам-Париж (август 2010)

08.08.2010
1 Про приметы, технические неисправности и приятные числа.
 Тот, кто придумал, что возвращаться - плохая примета, видимо, никогда не возвращался в Амстердам. Утренний кофе из скандинавских кружек, такси, чек-ин в полупустом Пулково-2 и... Хотелось бы сказать, что мы в Амстере, но самолет взлетел, покружился два часа над Питером и приземлился обратно. "Вэре ис факинг Амстердам?" - вопрошал проспавший весь полет канадец. Техническая неисправность, пропала связь. Через три часа тем же самолетом делаем попытку номер два - на этот раз удачную.
Пятнадцать минут на двухэтажной электричке, прибывающей на Централ Стэйшн, в честь которой назван гей-клаб в СПб.

Полчаса по забитым туристами улицам. Затаскиваем полупустые сумки (намек на грядущий опустошающий кредитку шопинг) на третий этаж отеля. Крутые лестницы напоминают бобслейные желоба. Идем гулять, радуясь двум приятным числам: плюс 20 на градуснике и 40 евроцентов за банку пива в супермаркете.

10.08.2010
2 Про волшебство 
С утра занялись волшебством - превращали пасмурные пейзажи Амстердама в мегабайты цифровых фотографий. Попутно уворачивались от деловитых велосипедистов, спешащих на работу, и бесшумных - словно их заколдовали - трамваев. Настоящая же магия - малиновое пиво в пол-одиннадцатого утра на скамейке у церкви Вестеркерк. А потом - узкий коридор, 185 ступеней, и мы смотрим на красные крыши домов с высоты шестьдесят пять метров. Попутно выясняем, что в Голландии знают про наши жару, пожары и смог, нам сочувствуют и говорят: Ну, у нас-то тут прохладно.

 После обеда под начавшимся дождем идем в Ред Лайт Дистрикт. Дождь усиливается, но волшебство еще действует - мы мокрые, но радуемся, что это дождь, а не + 37. За витринами красуются мулатки и, по-видимому, шведки, торгуются с клиентами, между кофешопами и китайскими ресторанами снует молодежь, виртуозы-велосипедисты несутся под зонтиками. Тут уже промокает обувь. Идем домой, надеясь, что бутылка вина исправит положение.


11.08.2010
3 Про то, как все успеть 
Сегодня последний день в славном городе Амстердам. Пытаясь объять необъятное, смешиваем любые места и события. Цветочный рынок, где миллион алых роз Пугачевой - так, даже не повод для разговора, с лавкой новогодних игрушек, в котором работают продавцы-близнецы. Латте в айриш пабе с поеданием на ходу бутербродов с селедкой и луком (а можно было купить еще маринованный огурец-переросток, его заворачивают в бумажку, идешь и ешь как яблоко). Шоппинг в магазинах непростых голландских брендов с посещением огромного рынка в стиле "Звездный", где можно купить аудиокассеты (вроде тех, на которых мы слушали, прости господи, группу "Кино") и вечернее платье за 5 евро.

 Ди-джей Амстер сам миксует что надо. Жаркое солнце, непросохшие лужи под ногами и свежий, почти осенний ветер. Туристы с выпученными глазами покупающие дурацкие и иногда остроумные сувениры. Степенные посетители Рейсхмузеум, которым заворачивают паззлы из тысячи кусков по мотивам картин Ван Гога (тут,к слову, шутка, но не моя : "И у Ван Гога было детство. И звали его просто Ваней. А может быть - просто Гогой." (с) К. Арбенин). Шайка молодых арабов, беззлобно и, кажется, из спортивного интереса перекидывающихся "фак офф" да "фак ю" с дедушкой, везущим в кузове своего велика запчасти от других великов (дедушка умчался за горизонт, боевая ничья).
Очередь в музей "Хайникен", где главный аттракцион - возможность напиться в местном баре до, сорри, усрачки за цену билета. Сами мы непатриотично пьем бельгийский "Хугарден". После обеда в желудках уже простой и лимонный, ближе к вечеру добавим вишневый и малиновый. Такой вот компот.





12.08.2010
 4 Про то, какие бывают зависимости 
Прощальный вечер в Амстере удается. Гуляем по району Джордан, где местные жители настраивают проектор, чтобы прямо на стене дома посмотреть с соседями кинишко. Заходящему солнцу улыбаются все: уличный музыкант с бубном и потрепанным контрабасом, пьянчужка на велосипеде с собакой в кузове, туристы, оккупировавшие террасы баров и кофешопов.

Мы тоже будем зависать в «Бульдоге» на Лендсплейн – но чуть позже. А пока – мороженое в местных магазинчиках по 80 евроцентов за упаковку из восьми эскимо (каково, а?) и лапша удон с ананасами на вынос из модного тайского фаст-фуда «Wok to walk».

Утром по еще неубранной Кальверстраат идем с чемоданами на Централ Стэйшн. Travel-зависимость (это когда обсуждаешь не планы на ремонт, а города, в которых еще не был, и чаще покупаешь не бытовую технику, а авиабилеты) гонит нас на юг. Полчаса ожидания – и остроносый поезд Thalys со встроенным WiFi в вагонах (но для нашего второго класса он, увы, платный) уносит нас через Нидерланды, Бельгию и Францию в Париж Норд.

13.08.2010
5 Про парижские сложности
Четверг по-французски – жёди, август – ут, автобусная остановка – лярэдотобюс. Это к тому, что не так все просто. А по-английски большинство парижан не говорят, и даже если неохотно переходят на него, то своими ударениями коверкают слова так, что черт ногу сломит. Временами мы испытываем серьезный языковой барьер. Если в Париже оставить только местное население, то не меньше половины будут, по выражению Софии (по-французски, кстати – Софи) «состоявшиеся негры» - довольно криминального вида ребята, которых обычно показывают в кино.

Номер в отеле маловат, вид из окна на рю де Амстердам (это была такая фишка при бронировании – приехать из города Амстердама на одноименную улицу) напоминает слова милейшего господина Бонасье: «Лучшего вида вы во всем Париже не сыщете». От каждой площади лучами расходится по шесть-восемь улиц – попробуй не промахнись с нужной. Толковые продуктовые супермаркеты нашлись только к десяти вечера. Так что первое впечатление от Парижа, кажется, смазано.

 Тем не менее, мы успеваем посмотреть Лувр с пирамидами, сады Тюильри и дворец Пале-Ройаль, возле которого в восемь часов вечера любил прогуливаться Портос. Вечерок коротаем с настоящим французским сидром.

15.08.2010
6 Про врагов и друзей
«Во след врагам всегда найдутся и друзья», - говорил д’Артаньян-отец сыну. Подтверждаю, в Париже так и получается.

Враги. Толпы китайцев и японцев (75% последних – очкарики), фотографирующиеся на фоне витрин и вывесок. Галерея ЛаФайет, своей структурой разбивающая все тщательно обдуманные планы шопинга (мало того, что все не по уму, так еще за то, что подойдешь к продавщице и скажешь «бонжур, мадам» с тебя сдерут, минимум, двадцатку). Узкие тротуары, которые частенько загромождают столики кафешек. Кафешки, где кофе стоит 4 евро. Французский кофе, сильно обжаренный и оттого горький. Площади в виде звезды – повторяюсь, но, действительно, трудно найти нужную улицу. Кратковременные дожди, плавно перетекающие в затяжные.

Друзья. Магазины марки Celio, где суровые уставшие мужики могут за полчаса и за пять копеек накупить пару мешков остромодных шмоток в любом стиле (классика, спорт, кэжуал). Самые высокие точки города – церковь Сакре-Кёр (60 метров, 300 ступеней) и Эйфелева башня (300 метров, 1700 ступеней, сорок минут в очереди). Глобальная автоматизация - автоматы продают билеты в метро, в музеи и – внимание!- обслуживают клиентов в продуктовом супермаркете. Кафешки, где кофе стоит евро-двадцать. Бесплатные туалеты, которые после каждого посетителя проводят обеззараживание и моют пол в туалете. Метро с, кажется, четырнадцатью линиями (5 минут от отеля до станции Сен-Лазар и две – до станции Льеж). Вечерняя бутылочка сидра. Бутылочка, кстати, на подходе, поэтому раскланиваюсь.
Напоследок еще одна шутка. "Ла-Шене, всыпьте д'Артаньяну тридцать...нет! сорок пистолей!"

15.08.2010
7 Про наш район, другие города и туристические места
Район, в котором мы живем - переплетение улиц с названиями городов. Есть рю де Рома, рю де Торино, рю де Сент-Петербург и даже рю де Москва. Кстати, в других концах города есть Севастопольский бульвар и площадь Сталинград – вот так-то. На одной из улиц, соседних с нами, нашли супермаркет, где продаются такие вещи, как консервированные спагетти и равиоли – открываешь банку и кушаешь.


Еще нашли памятник бравому гасконцу д’Артаньяну (почему у него армянская фамилия?). Немного странно, что здесь, ведь Латинский квартал с Люксембургским дворцом, монастырями Дешо и Сен-Жермен, улочками Могильщиков и Вогезов, где квартировали мушкетеры, находится по другую сторону Сены. Вообще, судя по всему, история про мушкетеров не особо популярна у приезжих туристов. Мы не увидели ни одного сувенира на эту тему. Разве что берет. Берет хорош, но ведь мушкетеры сейчас носят вот такие шляпы с перьями.

Десять минут неспешным шагом от отеля по рю де Амстердам и бульвару Клиши – и вот оно, знаменитое кабаре «Мулен Руж». Красная мельница машет сверкающими в ночи крыльями, рядом толпится народ. Знатоки говорят, что сейчас кабаре утратило свою прелесть и стало туристическим аттракционом с немилосердным ценником. Чтобы посмотреть на пляшущих канкан танцовщиц топлесс – вынь да положь сто евро. Для сравнения, в Амстере куда более откровенное шоу из четырех номеров, идущих по кругу, стоит тридцатку.

От «Мулен Руж» поднимаемся на знаменитый холм Монмартр, где в начале прошлого века жили художники и писатели. Из тех, кто на слуху – Ван Гог, Пикассо и Дали. Сейчас тут миллион кафе, сувенирных лавочек и художественных мастерских, фуникулер и виноградники. Продаются копии афиш знаменитых кабаре, небезынтересные картины под Дали и легендарные марки абсента, которыми богема напивалась до троения в глазах (отражено на рекламных палакатах), ну а кто попроще – до бесчувствия.

На вершине холма – белая церковь Сакре-Кер, от которой вниз уходят широкие ступени, близнецы Испанской лестницы в Риме. Вечерами на них – тусовочное место. Играют музыканты. Афро-французы показывают такие чудеса ловкости с футбольным мячом, что начинаем сомневаться – не Анри ли это или Малуда. Торговцы вбанчивают не запасшимся алкоголем туристам маленькие бутылки «Хайникена», дядьки в летах потом собирают пустую тару. Вечереет, панорама Парижа окутывается дымкой, потом зажигаются огни.
Возвращаемся, как обычно, в темноте. Выпитое на ступенях Сакре-Кер позволяет довольно сносно объяснить дорогу припозднившейся француженке.